Литературная жизнь Алтая - Тема разочарования

Тема разочарования

Среди очерков и рассказов Кущевского отчетливо выделяются произведения, в которых представлена тема разочарования в демократических идеалах эпохи 60-х годов. Так, в очерке «Два нигилиста» изображен честный и порядочный генерал Коноплянинов, в рассказе «Земский деятель» — «молодой земец» Петр Петрович, «обличитель» Борис Щсголев, борец за справедливость — в рассказе «Сеятель пустыни». Все они изображены автором с известной долей трезвой иронии, так как их излишняя горячность, вера в правосудие и торжество справедливости не имеют ничего общего с «подлой действительностью». Так, в рассказе «Земский деятель» повествователь предваряет грустную историю о Петре Петровиче ироническим обращением к читателю:

«Люблю я встречаться с молодыми людьми из горячих энтузиастов при деле, в святость и успех которого у них не зародилось еще ни тени сомнения. Это честные люди, и я никогда не позволял себе смеяться над их ошибками или увлечениями... Дай им хоть немного пожить в раю своих иллюзий...» .

Постепенно в творчестве Кущевского усиливаются иронические настроения, сгущаются сатирические краски в изображении современного поколения. В его романе «Николай Негорев, или Благополучный россиянин», как уже было сказано выше, лучшем произведении писателя, герой рахметовкого типа, Сергей Оверин, предстает как нелепый Дон-Кихот, напрасно жертвующий собой ради освобождения крестьян, — в восприятии заглавного персонажа, Николая Негорева, от лица которого ведется повествование. Бывшие когда-то друзьями и единомышленниками, Оверин и Николай Негорев предстают в романе как два оппонента, два крайних полюса: один — геройства, презрения к себе во имя великой и благородной цели, другой — занятый прежде всего собой, своим благополучием, «с некоторой жалостью и удивлением» взирающий на своего арестованного «заблудившегося товарища». Форма повествования от первого лица дает возможность автору достаточно подробно и убедительно проследить, как Николай Негорев превращается в самодовольного филистера, испытывающего «приятное щекотание самолюбия, заставляя своего бывшего товарища дожидаться в приемной».